и Высший среди Высших Судей.
Как человек Ему кричал,
что всех вольней, сильнее будет!
Но мёрзли реки и в жару,
и высыхали травы в ливень.
Лишь одинокий кто-то поутру
дрожащим сердцем трогал Имя.
Лишь в келье сумрачной монах
поклоны клал и слал молитвы.
И на светящихся крестах
читал исход неравной битвы.
По стенам, серым и глухим,
слова, как вспышки, пробегали:
- Господь! Прости безумье им, -
Монашьи губы всё шептали.