о расставанье земном.
- Зачем это счастье, коль зыбко
и временно - оно?
Зачем раскачались качели
до той высоты, где дух
не знает дождей и метелей,
молитвой наполнив слух.
И вниз. В той единственной точке,
весомой, самой больной,
вдруг сбросят, и по одиночке
мы падаем в сумрак земной.
А флейта негромко и нежно
пропела:
- Ах! Что слова!
Ведь в музыке танец безбрежен,
Вселенной звучат права.
А звуки оставленной скрипки
подхватит другой скрипач.
И снова качели. И зыбкий
отчаянный слышен плач.