пускай я даже иду ко дну.
Быть может, это такое дно,
где только мне побывать дано.
Там безымянный порог лежит:
не смерть ещё и уже не жизнь.
И так легко возвратить назад
клубочки шерсти цветной – вязать
узоры спутанных дней невмочь.
И день уже не светлей, чем ночь.
Вязанки слов – вот и всё, что есть.
Их, слава Богу, пока не счесть.
И, значит, маленький костерок,
вздымаясь, светом зальёт порог,
где продолжает в глаза смотреть
ещё не жизнь, но уже не смерть.