будто зори над водами вешними.
Их залечат легко соловьи
сладкозвучными трелями вещими,
воспевая полуденный свет,
бытия, обольщеньями полного.
Снова гнёздышко нежное свей,
воздух сладок от хмеля любовного –
шепчут травы, и в ягодный сок
превращается мука со временем.
Раны ранней разлуки – исток
неразгаданной тайны смирения.
А блеснёт седина на висках
на закате, как золото лунное,
и решительно двинет войска
ночь последняя с верными слугами –
одиночеством, ветром-молвой
о загубленной жизни неправильной –
со склонённой постой головой,
надышись отзвеневшими травами
и опять обещанья лови,
что потерями сердце разметили.
Эти поздние раны любви –
для молитвы, стихов и бессмертия.