метель раскрыла белые крыла,
что дождь дробит свои же зеркала,
что часть меня распята перед Богом.
Уйти в себя. Очаг ещё горит.
Ещё тепло струится. И соцветье
живое строк, не увидавших света,
мне шёпотом о чём-то говорит.
Вступаю в спор, не требуя согласья.
Мой шёпот громче, с переходом в крик.
И в этот жёсткий, напряжённый миг
я вспоминаю о распятой части.
И затихаю. И не важен спор
и всё другое, где дожди, метели,
где заунывный звук моей свирели
по нервам строчек вянущих прошёл.
Уйти в себя. Оставить за порогом
слепое бремя правящего дня.
И свой очаг в смирении приняв,
его держать горящим перед Богом.