били болью меня по глазам.
Жёсткий шёпот из-за угла
был мертвей, чем скала.
Люди встали из-под земли
и меня мимоходом смел,
не заметив -- упала я,
не заметив, что встала я.
Шёпот мой замёл их следы,
в них росли птенцы клеветы.
Я просила: «Господь! Прости
их на этом скользком пути.»
Одиночкам я гимны пою,
удержавшимся на краю,
кто хранил любовь в злобе дня,
себя Преданностью обняв.